«Мы потеряли свое имя»: известная кондитер — о войне с недоброжелателями, оживающих тортах и страсти

Екатерина Жиброва не похожа на стереотипную женщину-кондитера. Несмотря на нежную профессию, связанную с кремом и розочками, Катя любит спортзал и татуировки, темные помады и умеет посмеяться над собой. А еще она делает самые дорогие в Новосибирске торты и, похоже, самые популярные. Кондитер пишет в своем блоге, что ей вставляют палки в колеса недовольные коллеги, — редакция SHE спросила ее об этом случае, а получилась статья о том, как быть жесткой бизнесвумен и феей крема одновременно. 


У меня философия — с негативными мыслями не подходить к тортам и не браться за работу. Они как будто впитывают твою энергетику, замечаешь это с опытом. В моменты расстройства я стараюсь заниматься тем, что не связано с творчеством, в бумажки залазить например.


Самый безумный проект пока — это торт с бьющимся сердцем внутри. Там была сумасшедшая реакция гостей. Мы 20 минут после выноса не могли к нему подойти, чтобы отрезать первый кусок, все стояли в очередь к нему сделать фото. Было задействовано много специалистов — мы консультировались с биологом, чтобы сделать его максимально похожим на настоящее сердце человека. Когда выкатывали торт, гости слышали стук на весь зал — и на самом деле внутри билось огромное 5-килограммовое сердце. Электрики работали для того, чтобы свет мерцал и так имитировал биение.


Фото справа Екатерине прислал фотограф с того мероприятия
Фото справа Екатерине прислал фотограф с того мероприятия


Но это был не самый дорогой торт. Самый дорогой был около 150 тысяч рублей. Там довольно сложная конструкция — в него должен был поместиться человек. При этом он должен был полностью соответствовать представлению об обычном классическом торте. 


Раньше я работала вместе с мужем, но у мужчин более авторитарное управление персоналом, у женщин, наоборот, более партнерское, и так как коллектив в основном женский — бывало недопонимание между мужем и сотрудниками, а я была такой пружинкой, которая пыталась всё смягчить. Он помог мне поставить организацию, показал, как нужно работать с документами и поставщиками, но потом ушел покорять большой бизнес. Он до сих пор нам помогает — как инженер видит, какую сделать конструкцию, таскает тяжелые торты. 


«Мы потеряли свое имя»: известная кондитер — о войне с недоброжелателями, оживающих тортах и страсти


Я могу быть очень мягкой, белой и пушистой, а могу просто нестись напролом, не замечая никого вокруг, и делать так, как надо именно мне. Я по знаку зодиака Близнецы, и иногда мне кажется, что во мне живут две личности. Есть моменты, где нужно быть бизнесвумен — серьезной, ответственной и сильной, а творческая сторона профессии подразумевает быть воздушной, нежной и ласковой. 


Мы потеряли свое имя, потому что в свое время забыли его запатентовать. Настолько увлеклись процессом работы, что забыли о юридических тонкостях. Когда мы созвонились с этими людьми — выяснили, что они знают, что мы тоже так назывались и на рынке уже более 6 лет. Но юридически это имя зарегистрировано на них. Они могут подать на нас в суд, но у нас есть время на ребрендинг. Здесь, конечно, есть доля того, что гораздо проще зайти на рынок с раскрученным именем, которое знают покупатели. Мне постоянно пишут, что видели, что я открыла кондитерскую, и зашли в нее, хотя ко мне это не имеет никакого отношения. Наше имя им помогает, это же хорошо.


У хорошего кондитера нет конкурентов, только коллеги. И мы с удовольствием всегда с ними общаемся и перенаправляем к ним клиентов, если у нас производство перегружено.


Я не представляю жизни без сладкого, дети у меня тоже сладкоежки, и муж тоже любит сладкое. Дома я очень мало пеку, потому что все это происходит на работе. Дома я люблю придумывать что-нибудь новое и потом перетаскивать в кондитерскую. Поэтому все у меня в тортах — вся жизнь в них.


«Мы потеряли свое имя»: известная кондитер — о войне с недоброжелателями, оживающих тортах и страсти


Я работаю в бешеном графике, где если все сдвигается на несколько минут, потом летит все в тартарары. Но вот сейчас понимаю, что из-за этого ритма страдает мое здоровье. Стараешься держать в балансе, но иногда обижаются родные и близкие.


Если запланировать слишком много, то есть большая вероятность, что даже половину не сделаешь. Я стараюсь планировать заранее и записывать всё в блокнот.


Встаю очень рано, детей в садик надо еще отвезти, вот сейчас они болеют — их нужно еще лечить. Родители помогают с ними сидеть, и, конечно, все дела распланированы с запасом времени, и планирую неделю так, чтобы времени детям уделить достаточно.


«Мы потеряли свое имя»: известная кондитер — о войне с недоброжелателями, оживающих тортах и страсти


Со временем страсти в паре угасают, но постепенно это перерастает во взрослую любовь, где вы уважаете друг друга и понимаете, что каждый из вас — это отдельная личность. И у этой личности есть свои интересы. Этот человек уже становится как часть тебя, что ты уже без него будешь чувствовать себя неполноценным. Потому что вы настолько друг друга дополняете, кто-то сильнее в одном, кто-то в другом, — и вместе это получается просто супер-пупер-смесь. И тогда рождается много идей и любимые дети.